:

Из дыма и огня вставала Победа!

29 мая 2020, Просмотры: 147, Госадминистрация города Тирасполь и города Днестровск

Вере Андреевне Губаревой за девяносто, но она хорошо помнит детство, фронтовую юность и все, что пришлось пережить в той страшной войне. Родом она из Харьковской области. В районном центре Великий Бурлук прошло ее детство и школьные годы.

Как раз перед войной, в сорок первом, она окончила девять классов. Ее, активную комсомолку, направили с другими девчатами в оздоровительный пионерский лагерь поработать вожатой. Молодым девушкам к приезду детей поручили привести лагерь в порядок. Вечером последнего мирного дня они сидели у костра, читали  любимые стихи, пели песни, делились планами на будущее. Им было всего по 14-15 лет. Некоторые мечтали после окончания школы поехать по комсомольским путевкам на всесоюзные стройки, в дальние края. Вся жизнь впереди… Они еще не знали, что романтические мечты юности завтра перечеркнёт война.

Дети в лагерь так и не прибыли. Чтобы узнать, в чем дело, один из вожатых поехал на велосипеде в райцентр, а вернулся со страшным известием о войне. «Мы были ошарашены, подавлены, – вспоминает Вера Андреевна. – На следующий день поехали домой. Вскоре все молодые учителя-мужчины были мобилизованы». Получил повестку и отец Веры. Дома осталась мать с пятью детьми.

Юной Вере на всю жизнь врезались в память проводы мужчин на войну: «Людей тогда в деревнях было много, семьи большие. Райцентр объединял 42 сельсовета. Вся площадь была запружена народом. Плач и женский вой стоял жуткий, до сих пор вспоминаю – мороз по коже… На подводах увозили на фронт мужей, братьев, сыновей, а женщины бежали вслед, а потом долго стояли, махая цветными платками. Многие видели родные лица в последний раз»

В августе сорок первого линия фронта подошла к Харькову. Фашисты тогда стремительно продвигались вглубь нашей территории, один за другим занимая города и села. Части Красной Армии с боями отходили на восток, много было раненых, голодных. Мама Веры выходила на дорогу и раздавала красноармейцам  вареную картошку, поила молоком.

Занятий в школе не было. Жители района рыли окопы, строили заградительные сооружения. Вера с подругами ухаживала в госпитале за ранеными. Перед войной она окончила курсы медсестер. Рядом с райцентром располагался аэродром. Подростки приходили туда и помогали чем могли – набивали патроны в пулеметные ленты.

В одной из воинских частей был образован батальон для поимки диверсантов. В это дело включились и школьники. Однажды в штаб прибежал мальчик из лесничества и сообщил, что у них дома появились немцы. «Диверсантов удалось задержать, – вспоминает Вера Андреевна. – Помню обозленное лицо немки, которая была в их группе. Она  твердила, что  все мы скоро будем уничтожены».

Вскоре Вера с подругой эвакуировалась в Саратовскую область. Ее старший брат ушел в партизаны, потом попал на фронт, а мать с младшими детьми осталась дома. И всё-таки по натуре и воспитанию наша героиня была не такой, чтобы просто отсиживаться в эвакуации. Она хотела защищать Родину. Но лет для призыва не хватало, так что они с подругой пошли на хитрость и прибавили себе лишние два года. Теперь можно было писать заявление в  военкомат с просьбой отправить их на фронт добровольцами. Так и сделали. Вскоре пришли повестки.

«Целый эшелон нас, новобранцев, оказалось, – вспоминает Вера Андреевна. – А по дороге в Воронежскую область, где базировался запасной полк, в котором пришлось мне служить, нас немцы сильно бомбили. Однажды самолеты улетели, а мы увидели жуткую картину: два вагона перевернуты и горят, а вокруг трупы молодых девочек, около полутора сотен… При виде этого страшного зрелища мне казалось, что я сразу повзрослела на годы…»

Попала Вера  в 6-ю армию, на Воронежский фронт. Ее конно-санитарная рота после боя подбирала раненых, увозила в полевой госпиталь. За ними шла похоронная команда… Передвигались в основном ночью с интервалом между подводами 15-20 метров, чтобы при бомбежке было меньше жертв.

«Привезем в госпиталь раненых, а там их уже сотни лежат, – вспоминает Вера Андреевна. – Ранения тяжелые – в живот, в голову, в грудь, оторванные руки, ноги. Запах крови… Сколько их не доживало до операционного стола. Медперсонала не хватало. Только появишься, бойцы со всех сторон просят: «Сестричка, закурить хочется», «Сестричка, повязка сильно жмет, поправь», «Сестричка, воды». Не знаешь, кому в первую очередь помочь. «Сестричка, ногу печет». Подойдешь, а у него ноги нет, а самому от силы 18-19 лет!»

Очень тяжелые бои шли под Кантемировкой Воронежской области. Вере Губаревой доводилось видеть поле боя после сражения. Дымились еще горевшие танки, их было несчетное количество, а мертвых! Как только люди могли выдержать этот ад?!

«На фронте, в 42-м, своего одноклассника встретила Колю Андрющенко – командира роты разведчиков. Сколько радости было! Он был первым хулиганом в школе, а тут такой серьезный, повзрослевший. Это была наша первая и последняя встреча. В одном из боев он был смертельно ранен. Бойцы тащили его через линию фронта уже полуживого. Я встретилась после войны с его матерью. У нее было семь сыновей, все ушли на фронт, и на всех она получила похоронки. От горя ослепла и оглохла», – вспоминает она.

Дороги войны… Сколько их пройдено! Сожженные  села, разрушенные до основания  города, поседевшие от горя молодые женщины. Несколько раз Веру Андреевну переводили из части в часть. С 3-м Украинским фронтом она подошла к родному райцентру. Со стороны Харькова поступали потоки раненых.

«Мороз 30 градусов, – продолжает рассказ Вера Андреевна. – Третьи сутки не сплю. Отовсюду свозят раненых в госпиталь, расположенный в церкви. Их сотни и сотни, условия жуткие: бойцы лежат на полу, немного присыпанном соломой. Одни тихо стонут, другие кричат от боли, ругаются матом. Получаю приказ – ехать в Балаклею, срочно вывезти раненых, город под угрозой захвата немцами. Погрузились, едем. Навстречу нам идут вразброд части. Кто-то мне кричит: «Куда тебя черти несут, там уже немцы?!» Но у меня приказ, не выполнить не имею права. 70 повозок с ранеными. Подъезжаем к городу, а на нас прут танки. Издали не видно, наши или вражеские. Но первый же снаряд всё разъяснил. Это были немцы!!! Если б не наша авиация, погибли бы все. Масса русских бомбардировщиков заполнила небо, и фашистские танки горели, как спички».

Памятным для Веры был День Красной Армии 23 февраля 1943 года. Веру в части нашел родной брат Андрей и ее одноклассники. Встреча была короткой, ребята  должны были возвращаться в свою часть. Больше она с братом не виделась. Андрей погиб в самом конце войны 5 мая 1945 года. Он был разведчиком, ему даже не исполнилось 20-ти лет. Младшего брата Володю, партизана, немцы повесили в парке перед школой. Когда мама узнала об этом, лежала дома три дня без сознания. В семье погибли и мамин брат Даниил, и сестра  мамы Клавдия. Она была расстреляна вместе с ранеными в госпитале, до последнего своего часа оставаясь с ними. Со стороны отцовской родни на войне погибли пять его братьев. Такова жертва на алтарь Победы только одной  советской семьи!

С 3-м Украинским фронтом Вера прошла от Харькова к Донбассу, освобождала Украину, Молдавию, дошла до Дубоссар, Григориополя. Остановилась часть в селе Шипке. Стояли три дня. Раненых свозили в Тирасполь, госпиталь находился в районе драмтеатра. Не знала тогда Вера, что спустя годы ей предстоит здесь жить.

Ночью 16 апреля 1944-го часть, в которой она служила, срочно перебросили в расположение 1-го Белорусского фронта, в район Ковеля. Бои за город были тяжелейшие. Затем Брест. Вера видела, как восстанавливают наши пограничные столбы. Радость у всех была неописуемая: последний клочок нашей земли освобожден! Вперед! Добивать врага в его логове!

Дальше Польша. «Самое трудное для нас было – переправлять раненых на понтонных мостах через реки, – продолжает рассказ Вера Андреевна. – Помню, как переправлялись через Вислу. Мост качает, лошади пугаются, а тут еще бомбежка, разрывы совсем рядом. Санитары-повозочные сдерживают лошадей, а ты бегаешь, успокаиваешь беспомощно лежащих раненых. Под Варшавой бои были тяжелые, два раза я была  контужена. На подступах к Праге совершенно случайно с отцом встретилась. Такое только в кино бывает. Фронт пошел вперед, а я после боя поехала со своими санитарами раненых собирать. Подошла к одному, перевернула, а у него тяжелейшее ранение в живот, все разворочено. Вижу, рядом из полевой сумки документы рассыпались. Читаю: офицер, майор, командир батальона… и в глазах потемнело… Андрей Иванович Молодоженов, мой отец! Только тогда я узнала папу. Он без сознания был. Отправила его в медсанбат, потом его перевезли в госпиталь города Новочеркасска. Там он и умер 1 апреля сорок пятого года в свои тридцать девять лет. Там и похоронен».

Только представьте, что пришлось пережить этой девочке! Сама еще почти ребенок, откуда у нее столько силы духа, храбрости и мужества, чтобы выдержать все, что уготовила ей беспощадная война?!

Наши войска продолжали двигаться на Запад. И, наконец, Германия. Первый немецкий город – Шверин. На улицах ни души, он словно вымер. «Как-то раз после очередного боя фронт ушел вперед, а я поехала собирать раненых из окопов, – вспоминает Вера Андреевна. – Иду в полный рост и вдруг автоматная очередь над моей головой. Упала, лежу. Подождала немного. Тихо. Поползла в сторону выстрела. Вижу, раненый немец лежит, в руках автомат. Не шевелится. Потихоньку вытащила автомат из рук, он без сознания. Пришлось оказать помощь и тащить его к подводам. По приказу Верховного Главнокомандования мы оказывали помощь раненым немцам, потом отправляли их под охраной в спецгоспиталя».

Война подходила к концу, но немцы оказывали упорное сопротивление. Сильные бои были в районе Зееловских высот. Когда Вера ездила туда за ранеными, всегда мысленно прощалась с товарищами. Неизвестно, вернется ли назад. Очень не хотелось погибнуть в конце войны, не увидев нашей Победы. И все-таки дождалась! Она хорошо помнит тот радостный день в жизни всех, кто воевал, кто шел к нему, долгожданному,  через кровь и страдания. Помнит ликование наших бойцов, слезы радости, салюты из всех видов оружия.

После окончания войны её направляют на Западную Украину в город Галич, Станиславской (ныне Ивано-Франковской) области, на работу секретарем горкома комсомола. «Там порой было даже тяжелее, чем на фронте», – удивляет Вера Андреевна. Но тут же поясняет: «Недобитые бандеровцы подло уничтожали русских учителей, врачей, активистов. На фронте рядом свои, а тут за спиной каждый день враги, не знаешь, когда получишь пулю, или нож под лопатку». Но там же, в Галиче, ей посчастливилось встретить свою единственную на всю жизнь любовь. Он был фронтовиком, оставался на воинской службе. Поженились, исколесили с ним почти всю страну, вырастили двоих детей, а в 1971 году приехали в Тирасполь. Прожили в мире и согласии 56 лет.

Уже восемнадцать лет наша героиня вдовствует. Дочь живет в Санкт-Петербурге. Вера Андреевна – мужественная женщина. Сама уже плохо ходит, с помощью ходунков, но еще ухаживает за больным сыном, перенесшим два инсульта. Ей помогают волонтеры и столичные соцработники. У Веры Андреевны солидный  трудовой стаж, она работала в воинской части, где командиром был ее супруг, полковник Губарев. Много лет была активисткой совета ветеранов, помогала участникам Великой Отечественной войны на своем участке решать насущные вопросы. Тяготы и лишения ее не сломали. Она – добрейшей души человек, к ней всё время тянутся люди. За мужество и героизм, проявленные в годы войны, Вера Андреевна Губарева  награждена многими орденами и медалями.

К сожалению, сегодня на Западе всё активнее пытаются умалить вклад нашей армии, советских людей в освобождение мира от коричневой чумы фашизма. В освобождённых советскими воинами европейских городах демонтируют памятники русским солдатам-освободителям. Подвергаются оскорблениям те, кто самой дорогой ценой заплатил за мир и свободу на всей земле. Но мы не позволим исказить подлинную историю войны в угоду амбициям лживых политических авантюристов! Живы еще те, кто своими глазами видел, как это было. К ним принадлежит и героиня этого очерка. В дни 75-летия Великой Победы ее память вновь воскрешает пережитое, которое не забыть до смертного часа. Низкий поклон за мир, за жизнь  от всех, кому вы ее подарили, дорогая Вера Андреевна!